ENG
  • Ученість — солодкий плід гіркого коріння.

  • Доклади серця свого до навчання і вуха свої до розумних слів

  • Вчись не для того, щоб знати більше, а для того, щоб знати краще.

  • Важлива не кількість знань, а якість їх.

  • Є тільки одне благо - знання й тільки одне зло - неуцтво.

  • Єдиний шлях, що веде до знання, - це діяльність.

  • Бич людини - це уявлюване знання.

  • Знання - сила.

  • Знання - знаряддя, а не ціль.

  • Запам'ятовувати вміє той, хто вміє бути уважним.

Донбаська державна
машинобудівна академія

Останні новини

Серебряная медаль на Кубке мира по кикбоксингу
sport1.jpg

Еще одну видную награду завоевала наша выпускница Наталья Мартюхина, мастер спорта международног...

25.05.2017
У ДДМА відбулося засідання Ради ДНЦ і Ради ректорів ВНЗ
dsc1.jpg

19 травня в музеї ДДМА в рамках XI Всеукраїнського фестивалю науки відбулося урочисте спільне за...

23.05.2017
Скелелази ДДМА одержали перемогу на Чемпіонаті Донецької області
sport1.jpg

21 травня на скеледромі ДДМА пройшов Чемпіонат Донецької області зі скелелазіння II етапу XIII Л...

23.05.2017
Как здорово, что все мы здесь сегодня собрались
img1.jpg

20 мая в Донбасской государственной машиностроительной академии состоялась встреча выпускников. ...

22.05.2017
В Академії відбулася всеукраїнська наукова конференція з математики
math.jpg

У Донбаській державній машинобудівній академії 15–16 травня відбулася дистанційна всеукраїнська...

22.05.2017

«Я выбираю любовь»

alina.jpg

Так называется один из томов Собрания сочинений краматорской журналистки, талантливой поэтессы, преподавателя кафедры менеджмента ДГМА Алины Остафийчук, презентация которого состоялась 6 декабря в музее истории города. Алина погибла 4 года назад в страшном ДТП, возвращаясь с похорон любимого человека. 7 декабря ей бы исполнилось 35 лет.

Выход в свет семитомного Собрания сочинений стал возможен благодаря родителям Алины, Татьяне Ивановне и Владимиру Николаевичу, а также другу поэтессы, харьковскому издателю Олегу Бондарю. В Собрание вошли все ее стихотворения, даже самые первые, проза, сказы и сказки.

Алина росла очень развитым ребенком, с детства посещала разные кружки – занималась танцами, театром, окончила музыкальную школу. Первые стихи написала в семилетнем возрасте. Будучи студенткой нашей Академии, Алина работала внештатным корреспондентом в газетах «Технополис» и «Восточный проект», освещала культурную жизнь Краматорска. Алина очень любила природу и путешествия. За свои 30 лет эта солнечная девушка сумела сделать столько, сколько многие не успевают сделать за всю долгую жизнь. Она лауреат областной литературной премии им. Н. Рыбалко, акции «Жінка Донеччини» в номинации «Журналистика», автор пяти поэтических сборников, книги сказок. Она также стояла у истоков газеты «Академия» ДГМА, была организатором художественно-литературного журнала «Альманах муз», соучредителем международного творческого ордена «Корни неба», лауреатом и организатором литературного фестиваля «Город дружбы приглашает», организатором фестиваля бардовской песни памяти В. Высоцкого «Высота», основателем благотворительного фонда «Друг» для поддержки бездомных животных.

На презентацию пришли друзья, знакомые Алины, поэты, журналисты, люди, которые ее любили и восторгаются ее поэзией. Вечер получился очень трогательным – звучали стихотворения Алины, было много теплых слов и воспоминаний.

Классный руководитель Алины, заслуженный преподаватель, почетный житель города, учитель математики школы № 35 Александра Зиновьевна Рябуха, вспоминая школьные годы своей ученицы, отметила, что Алина обладала огромной силой воли, целеустремленностью, умела дружить и никогда не предавала своих друзей. Говоря о ее поэзии, педагог отметила, что Алина видела тончайшие уголки этого мира и вкладывала их в свои стихи. Ее поэзия – это величайшее духовное наследие.

alina2.jpg

Одноклассница, с которой Алина сидела за одной партой, актриса народного театра «Бамбук» Алина Нейштадт рассказала, насколько она была поражена глубоким смыслом и мудростью, звучавшими в детских стихах поэтессы. Стихотворение было написано словами, не свойственными ребенку.

Олег Кручинин, главный редактор газеты «Восточный проект», делясь своими воспоминаниями, отметил, что с Алиной они были и конкурентами, и друзьями, могли указывать друг другу на ошибки, обсуждать, чей материал лучше. Журналисту в Алине запомнились скорость и легкость, которые проявлялись во всем: и в работе, и даже в ее походке.

Большая часть жизни Алины связана с нашей Академией. После отличного окончания вуза, Алина стала преподавателем на кафедре менеджмента, параллельно обучалась в аспирантуре. Окончила аспирантуру блестящей защитой диссертации, с присвоением ученой степени кандидата экономических наук. Ее диссертация была отмечена, как инновационная в сфере управления. И это неудивительно, ведь только человек с поэтической душой мог написать такую научную работу. Как отметил проректор ДГМА Сергей Ковалевский, Алина была человеком высокодуховным, она оставила по себе глубочайший след не только в поэзии, но и в науке. Всем, кто ее знал, очень повезло, что такой яркий и талантливый человек был в нашей жизни.

alina3.jpg

Алина Остафийчук – одна из инициаторов создания газеты «Академия», в которой верой и правдой работала 10 лет, вкладывая в нее свою душу и талант. Главный редактор газеты «Академия» Вячеслав Медведев, с которым Алина бок о бок работала все эти годы, в своем выступлении подчеркнул, что Алина для развития газеты сделала очень много и мы ей многим обязаны. Она воспитала не одно поколение молодых журналистов. И ее творческий рост, как поэтессы, тоже проходил в стенах нашего вуза. В ДГМА вышли ее четыре сборника, к одному из них Вячеслав Степанович написал предисловие.

Своими воспоминаниями поделились председатель литературного объединения им. Николая Рыбалко Наталья Малеева-Власова, руководитель народного театра «Бамбук» Николай Метла. Весь вечер звучали стихи краматорской поэтессы в исполнении актеров народного театра «Бамбук», студентов ДГМА, журналистов медиа-группы «Академия». Преподаватели школы искусств № 3 сыграли любимые произведения Алины.

Вспомнить Алину приехали поэты из Дружковки. Руководитель городского литературного объединения «Поэтические витражи» Елена Кисловская рассказала, что Алина внесла огромный вклад в развитие литературного фестиваля «Город дружбы приглашает». После гибели поэтессы на фестивале была учреждена премия молодым поэтам имени Алины Остафийчук. И это Собрание сочинений предназначено именно для лауреатов этой премии.

Все, кто знал Алину, запомнил ее светлой и лучезарной, но в то же время девушкой с твердым характером. Она, как и ее стихи, была как цунами. Бесспорно, Алина Остафийчук после себя оставила огромное наследие. Ее стихи не для мимолетного прочтения и не для услады слуха, это серьезная и, не побоюсь этих слов, пророческая поэзия – кладезь на долгие годы. Забегая вперед, скажу, что в планах витает идея издания еще одной книги – «Избранное». Надеюсь, что этот проект воплотится в жизнь.

Молитва

Я говорила с тобой так долго –
горло не выдержало.
Господи, если ты еще помнишь,
кто Ты – всё – выслушай…

И не души – ты ведь знаешь, без голоса
даже продолжу
свой монолог, до тебя сквозь погосты
выкричу, Боже,
эту молитву – не сможешь закрыться
всеми церквами.
С курса сбиваются черные птицы –
это рыдаю
я – чтобы слышал и чтобы заметил
там, на постели
стылой, стерильной становится белым
теплое тело.
Белым становится – слишком до срока,
надо вернуть бы…
Я говорю с тобой долго и много –
с этой минуты
стану еще голосистей, как скальпель –
небо разрежу,
чтобы увидел: в убогой палате –
звонок и грешен –
воска податливей – ну же – потрогай! –
спит человечек.
Если ты мнишь себя знающим Богом –
глянь-ка – отмечен
вечностью. Только споткнулся нелепо,
лег и забылся.
Надо бы память вернуть, чтобы в небе
черные птицы
не затмевали твоих откровений,
ласковый Боже.
Надо бы, чтобы пустилась по венам
жизнь и подкожно
время текло, и ходил по планете
твердо – до срока.

Я докричалась. Плевать, что ответом
выжжено горло…

***
И не пишется, и не мается.
Я по Аничкову мосту
прогуляюсь – чужая странница.
Мне оскалы гранитных скул
ни о чем не напомнят. Промельком
вдоль Фонтанки – скользит июль.
И открытыми настежь окнами
дышит выброшенный во тьму
предрассветную – город гениев,
привидений, временщиков.
Не ростральные, а расстрельные
глыбы горя. И рядом – Бог
в белоночном убранстве – светится,
и не ясно – горит ли дом
или жжет позолота – месяцу
на щербатом боку клеймо.
Не нужны, мол, царям соглядатаи.
И записывать – ни к чему.
Вот и я заворожено – шаркаю
по стоящему вечно – мосту.
И не дышится, и не мается.
На Литейном – лепечет дождь.
И никто не пытает странницу:
у канала – кого ты ждешь?

***
Если кенаря посадить в клетку,
и еще – закрыть, положив холст –
сверху – пусть бы и холст белый,
да и прутья из серебра. Прост
кенарь вроде бы – в жар-птицы
не записан, в Сирины не прошел.
Только грудка его так золотится,
словно солнце само отражает. Что
он может, когда – закольцован,
в саван спрятан да приручен?
И не светится даже… А петь – да что там!
И не думается ему – ни о чем.
Чахнет – числам не зная счету,
спит и спит – затекло крыло.
Если я тебя не увижу скоро –
станет тоже мне всё равно,
есть ли солнце за прочной клеткой
немоты. Разорви покров,
и пролей – в пелену рассвета
свет – живой, серебристый, твой…

На полях

На полях – впопыхах и начерно,
неразборчиво, по наитию –
пишут главное. Плачут мальчики
в рукава облаков – невидимым
никому – ни о чем – отчаяньем.
Плечи пляшут беззвучно – головы
прячут мальчики в небо. Маминым
поверяют рукам – погонное
горе – гравий утоптан. Набело
соль проступит в рубахе ситцевой.
И найдется царевна. Главное
не сотрется. Устав молиться ли,
плакать, сад изумрудный – искрами
загорится – смотри и радуйся…
И проступит – в чернилах – истина
долгожданным весенним праздником.

Мой бесконечный монолог

Мой бесконечный монолог
беззвучен. Кто закат услышит?
Ночь, истекая кровью, с ног
в забвенье валится. По крыше
стучит чечетку звездочет.
Чего-то жаль, о чем-то – плачет
впотьмах потерянный сверчок.
Не отвечает милый мальчик.
Молчи… Я монолог – сама
цветами лета разукрашу.
Сафо, твой синий сарафан
испачкан белоснежной сажей.
И на подол легло пятно –
едва заметное прохожим.
Клубника? Да откуда… Стол
скрывает скатерть. Кожа – тоже
скрывает пластик наших душ.
Морс выпит. Морзе не поможет.
Не отвечает верный муж…
И если всё в деснице божьей, -
куда стекает кровь из вен,
беззвучно вспоротых на крыше?
Мой монолог увидят все,
но ты ни капли не услышишь…

Запах прелой листвы

Запах прелой листвы провоцирует мысли о вечном.
И срываясь на пошлость и женскую лирику, ты
сквозь ресницы акации смотришь, как светится вечер
мишурой фонарей, как рисует на небе цветы
тот, кто все так нелепо и так до безумия верно
сочинил, забавляясь щенячьей твоей слепотой.
И ты делаешь шаг – удивленно взлетая на небо
вместе с пахнущей счастьем, дрожащей от страсти листвой.
Твои волосы вьются – и солнце незримое – плещет
из ладоней, зрачки отражают Любовь. Это сон,
это рай наяву. И неважно, что – глупо, что – вечно.
Наконец ты простила себя абсолютно за всё…

Исчерпана тетрадь

Исчерпана тетрадь, страницы разлетелись,
как птицы – зимовать туда, где хорошо.
Я всё хочу молчать. Но словоточит ересь,
бумага бесконечно ложится. Шлюха, что
сказать ей – без любви?! Ну, разве о больницах,
о тех, чьи имена и вспомнить не могу…
Я в корне нелюдим, но лезут в душу лица,
и я им отвечаю: мол, всё полнейший гуд!
И мажу гуталином по хлебу – иже в небе
еси. Чужим хореем давлюсь на опохмел.
Бумага – стерва, глина мне стелется умело.
А мне бы – белой кожей упиться, онемев.
А мне бы – страсть живую, и в губы, в мякоть вклинясь
всей сущностью своею, забыться и застыть.
Ан нет – тетрадь жирует, исчерпана как климакс.
Мне строки зубоскалит. И кажет злую сыть.
Юродствуй, ублажай свои страницы, прорва!
Я, вытравив взашей последнюю строку,
обрюзгший – без гроша, уйду в проем оконный
по белым облакам, росой тоску уйму.
Попробуй – догони нагого и немого.
Собрав в охапку снег и лунную сурьму,
я свет, и страх, и смерть втолкну в большое слово
безмолвия. И, Бог простит, найду любовь свою…

Алина Остафийчук